Меню Закрыть

ХРОНИКА БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ

Предлагаемая хроника поможет сориентироваться в массиве военных действий, происходивших на северном крыле Западного фронта в ноябре – декабре 1941-го и в январе 1942 года. Данные о погоде взяты по материалам наблюдения метеостанции Центрального аэродрома им. М.В. Фрунзе (Ходынское поле, Москва). Время везде московское.

 27 ноября 1941 г. (159-й день войны)

Минимальная ночная температура воздуха: -9,9°С, температура в середине дня: -8,4°С, максимальная: -8,1°С. С 0:00 по 18:00 слабый снег. Выпало 4 мм осадков.

Линия фронта 15.11-5.12.41В столице объявляется тревога с 6 часов до 6 часов 55 минут. Зарево от сброшенных бомб наблюдается в северо-восточных районах столицы.
Противник выходит к району Каширы, врывается в Льялово, Клушино, Холмы, Подпорино, Жевнево.
Захаров Ф.Д. - зам. комманд. 16 АрмииНа клинском направлении дело осложняется до предела. Генерал Захаров объединяет все части, находившиеся в том районе. В его группе войск 17-я кавалерийская, 126-я и 133-я стрелковые дивизии, курсантский полк училища имени Верховного Совета [дополнительно] и 25-я танковая бригада.

Немецкая 14-я моторизованная дивизия с утра продолжила наступление на Дмитров вдоль шоссе от Рогачева, но была остановлена группой Хетагурова на рубеже р. Дятлинки. Южнее 7-я танковая дивизия частью сил пыталась наступать на юг вдоль Рогачевского шоссе, а основной массой вышла к вечеру на подступы к Яхроме.Лизюков А.И., зам.командующего 20А

Сформирована из войск МЗО северная оперативная группа в составе шести стрелковых бригад, роты танков КВ, двух дивизионов реактивной артиллерии под командованием Героя Советского Союза, полковника А.И. Лизюкова.

Вечером 16-й армией оставлен г. Истра.

blankИ.В. Сталин приказал генерал-полковнику И.С. Коневу сегодня же нанести удары по противнику с целью притянуть на себя его силы и тем самым «облегчить положение Западного фронта, войска которого обливаются кровью».ЦАМО. Ф. 96а, оп. 2011, д. 5, л. 174–175.

* * *
В период с 13:30 до 16:30 войска 22, 29 и 31-й армий Калининского фронта силами двух стрелковых дивизий, четырех стрелковых полков и семи батальонов перешли в наступление против частей 9-й полевой армии противника. ЦАМО. Ф. 213, он. 202, д. 35, л. 32–33.

* * *
27 ноября 1-й гвардейский кавалерийский корпус генерала Белова атаковал фашистов у г.Каширы, куда он прибыл форсированным маршем по приказу Ставки от Серпухова… [подробнее]

* * *
Ремизов Ф.Т. - командир 145 тбрНа правом фланге 16-й армии гитлеровцы захватили Льялово, Клушино (8,5 км северо-восточнее ст. Крюково). Возникла опасность прорыва противника к Химкам и Красной Поляне. Для ликвидации создавшейся угрозы генерал армии Г.К. Жуков создал группу войск под командованием генерал-майора Ф.Т. Ремизова и одновременно выдвинул оперативную группу полковника А.И. Лизюкова на усиление этого направления.

Сражения на северо-западных и северных подступах к Москве приняли еще более кризисный характер. К исходу дня все войска центра и левого фланга 30-й армии, потерявшие до 60–70 % личного состава, вынуждены были с боями отойти на восточный берег канала Москва — Волга на участке от Темпов (16 км южнее Дубны) до Татищево (5 км севернее Дмитрова).

Командующий группой армий «Центр» приказал 3-й танковой группе овладеть предмостными плацдармами в районах Яхрома, Дмитров и, направив часть сил на Красную Поляну, совместно с 4-й танковой группой окружить и уничтожить 16-ю русскую армию, а затем обойти Москву с севера.

Доватор Л.М. командир 2-го гвард. кавалер.корпуса

Части 2-го гвардейского кавкорпуса генерал-майора Л.М. Доватора и 8-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майора В.А. Ревякина отражали атаки противника на рубеже ст. Березки, дер. Пятница (7–12 км южнее и юго-западнее Солнечногорска).

9-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора А.П. Белобородова весь день вела напряженный бой за удержание г. Истра, но, уступая врагу в силах, вынуждена была к вечеру оставить город и отойти на его восточную окраину. Части 10-й танковой дивизии немцев, прорвавшись через Кашино к пос. Дарна (3,5 км восточнее Истры), отрезали пути отхода 258-му стрелковому полку подполковника М.А. Суханова. Полк оказался в окружении. В нем находился корреспондент фронтовой газеты А. Сурков. Свои чувства поэт выразил в стихотворении «Землянка», слова которого стали любимой песней нашего народа. ЦАМО. Ф. 208, оп. 2511, д. 219, л. 396, 398; ф. 500, оп. 12464, д. 567, л. 325.

* * *
blankЗа прошедшие сутки положение на Западном фронте по прежнему оставалось серьезным. По прежнему всю силу своего натиска неприятель сосредоточил против северного и южного флангов фронта. Весь день здесь шли ожесточеннейшие сражения. Бои не утихали здесь даже ночью. В центре фронта, удерживая занимаемые рубежи, наши части отбивали атаки врага. В течение ночи по всему фронту с обеих сторон действовали группы разведчиков. «Известия» № 280 (7656) от 27.11.1941 г.

* * *
В этот день в журнале боевых действий группы армий «Центр» появилась запись: «Сопротивление противника в районе Каширы заметно усилилось. 17-я танковая дивизия и группа «Эбербах» южнее Каширы вынуждены перейти к обороне. Непрерывные налеты вражеской авиации причиняют значительный урон» — и далее, 2-й танковой армии приказано: «Обеспечивая свой фронт с востока и севера, главные усилия сосредоточить на завершении сражения за Тулу». ЦАМО. Ф. 500, оп. 12462, д. 567, л. 348–349. [Московская битва в хронике фактов и событий]


blank  «Группа армий «Центр». Изменений нет. Обнаружено движение войск противника из Коломны на Каширу и Рязань. Севернее Москвы замечено интенсивное движение по железным дорогам в направлении Москвы. На северном фланге ударной группы, наступающей на Москву, наши войска чувствуют себя уверенно и теснят противника.»

«Группа армий «Север». Противник предпринял ряд сильных атак в районе Валдайских высот. Причина этих атак, возобновившихся два дня назад, неясна. Отмечено продвижение наших войск в полосе 1-го армейского корпуса на Шум. Противник снова предпринял атаку через Неву.»

«Обстановка на фронте вечером. По-видимому, противник сосредоточивает силы перед правым флангом 2-й танковой армии и перед фронтом 2-й армии. На направлении главного удара 2-й танковой армии (на Оке) также появились свежие дивизии противника. Обстановка неясная. Противник стягивает силы против наступающего крыла группы армий «Центр», в район северо-западнее Москвы. Хотя это и не крупные соединения, а мелкие группы, но они непрерывно прибывают на фронт и создают все новые препятствия на пути наших уставших войск. Перед фронтом соединений, наступающих на канал Москва — Волга, противник медленно отходит, ведя упорные арьергардные бои. На фронте группы армий «Север» крупных боевых действий не велось. В течение дня противник предпринял ряд атак на Ростов с севера и юга (якобы имеется приказ Сталина вернуть город к 1.12)». – Гальдер Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника Генерального штаба Сухопутных войск 1939-1942 гг.— М.: Воениздат, 1968-1971

* * *
«Чёрный» день для 2-й танковой армии! Поначалу противник начал оказывать мягкое давление на её правый фланг. Потом он неожиданно нанес удар большой силы с севера через Каширу против передовых частей танковой группы Эбербаха. Одновременно русские стали наступать из района Серпухова в южном направлении через Оку. Ценой оставления своих танков и тяжелого вооружения окруженные в Сталиногорске русские части вырвались из «котла» в северо-восточном направлении.»

«4-я армия докладывает, что на ее фронте ничего экстраординарного не происходит. IX корпус, который должен был сегодня атаковать, «смыкает ряды». Прогресс, достигнутый ХХХХ (моторизованный) корпусом и XXXXVI танковым корпусом (моторизованный армейский корпус), имеет ограниченный характер. V корпус повернул на юг в направлении Солнечногорска. На крайней оконечности восточного крыла 2-я танковая дивизия, развивая наступление, достигла Клушина в 30 километрах от Москвы. Правое крыло 3-й танковой армии находится в 3 километрах от Яхромы на канале «Москва». – Бок Ф. фон. Я стоял у ворот Москвы. — М.: Яуза, Эксмо, 2006.

blank РУБЕЖ КАНАЛА МОСКВА – ВОЛГА

Положение на правом фланге Западного фронта 27 ноября 1941г.01:00. 24-я кавалерийская дивизия пройдя через Прожектор (Луговой) и Говейново, переправилась через канал Москва — Волга и заняла оборону на восточном берегу на участке: пристань Соревнованиепристань Ударная.

09:00. Штаб 47-й стрелковой бригады издает приказ о занятии обороны на левом фланге 29-й стрелковой бригады.

С утра 27 ноября через фронт бригады с боем выходили из окружения разрозненные части 17-й кавалерийской дивизии из группы Захарова, а также части 58-й танковой [дополнительно] и 107-й мотострелковой дивизий 30-й армии [ист.: http://slrclarity.ru/1-udarnaya-armiya-v-boyah-na-dmitrovskoj-ze.html]

В 12:00 29-я стрелковая бригада заняла полосу обороны согласно приказа №2 штаба 1-й ударной армии.

Днем начался водосброс через гидросооружения канала Москва – Волга.

Командующий 30-й армией генерал-майор Д.Д. Лелюшенко выехал на левый фланг своей армии. Вечером он прибыл в Дмитров и сообщил, что его войска «к утру 28 ноября отойдут из района Рогачево на рубеж Савелово, Маринино, Володынское (западнее Дмитрова) и что не исключена возможность появления к утру 28 ноября наступающих частей противника в районе Дмитров, Яхрома». [Кузнецов В.И. Указ соч. С. 279.]

18:00 55-я стрелковая бригада доносит о занятии обороны по восточному берегу канала Москва – Волга на участке ГариТатищево. [немного странный ориентир село “Гари” – далеко от Дмитрова/Татищево, маловероятно, что бригада в реальности занимала такой большой/длинный рубеж – ссылки №1 и №2 на карты]

Издан приказ №65 немецкого 56-го армейского корпуса, согласно которому 7-я танковая дивизия должна выйти на канал Москва – Волга у Яхромы, а 14-я моторизованная – напротив Дмитрова.

blank blankДМИТРОВСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

С утра немецкая 14-я моторизованная дивизия продолжила наступление на Дмитров.

09:15. 54-й мотоциклетный батальон 14-й моторизованной дивизии достигает Бунятино.

10:25. 54-й мотоциклетный батальон 14-й моторизованной дивизии входит в Арбузово.

10:50. 54-й мотоциклетный батальон достигает Синьково. Село еще занято советскими войсками.
Рубеж Синьково – Арбузово обороняли 1-я и 3-я рота мото-стрелкового батальона 8-й танковой бригады, усиленные батареей противотанковых орудий и минометной ротой.

11:38. Под давлением 54-го мотоциклетного батальона и следующего за ним 11-го пехотного полка 14-й моторизованной дивизии советские войска очищают Синьково, которое противник тем не менее собирается обойти из-за опасения мин.

8-я танковая бригада отошла в район Зверково, Подмошье, Высоково и встретила здесь наступающего противника.

12:00. 11-й пехотный полк 14-й моторизованной дивизии занял Лучинское и продвинулся до участка у ручья западнее ЗверковоДятлино, где был остановлен упорной обороной советских войск.

15:25. 14-й разведывательный батальон 14-й моторизованной дивизии докладывает о занятии деревень Александрово и Копытово. При этом было взято в плен 20 человек.

blank ЯХРОМСКОЕ НАПРАВЛЕНИЕ

00:05. Разведывательная группа 25-го танкового полка 7-й танковой дивизии попала в 500 м восточнее Малыгино на минное поле. Последний танк T-IV полка выбыл из строя.

08:55. В Малыгино 25-й танковый полк готовится к выступлению, которое задерживается, так как горючее еще не прибыло. Кроме того, еще не подтянулись остро необходимые саперные подразделения.

09:30. Группа Мантойфеля (танковая рота с группой разминирования и противотанковым взводом, усиленные 6-я, 7-я и 8-я роты 2-го батальона 6-го стрелкового полка 7-й танковой дивизии) выступила по маршруту Мал. Телешово Лишенино – 1 км юго-восточнее КарповоПулихаЯхрома. Наступление затрудняется лесными завалами и налетами советской авиации.

10:05. Группа Мантойфеля достигает Лишенино.

10:25. Выступление 3-го батальона 25-го танкового полка (со стрелковой ротой) по маршруту МалыгиноДоронино.

11:06. 1-й батальон 25-го танкового полка вошел в Ново-Карцево. Главным препятствием для продвижения немецких войск служат лесные завалы и мины. Поскольку дорога советскими войсками не обороняется, то мины постепенно удаляются и движение возобновляется.

11:50. 6-й стрелковый полк 7-й танковой дивизии вермахта у северо-западной окраины Пулихи встречает сильное сопротивление советских войск.

В 12:50 группа Мантойфеля захватывает Пулиху. Переправы через речку Дятлинку нет, немцам приходится строить мост.

В 13:00 согласно разведсводке 29-й стрелковой бригады противник занял Харламово.

701-й пушечный артиллерийский полк прибыл в район д. Борисово.

14:00. Гвардейские минометы («Катюши») наносят удар по месту переправы 6-го стрелкового полка 7-й танковой дивизии у Пулихи.

14:05. 3-й батальон 25-го танкового полка 7-й тд со стрелковой ротой выступает из Ново-Карцево на восток. Временами попадает под заградительный огонь артиллерии.

14:30. 2-й батальон 6-го стрелкового полка наступает на высоту 233 и Воронево (ныне не существует). Воронево атакуется и после короткого огневого боя занимается. При этом захватывается 2 полевых 76-мм орудия. Советские войска силой около батальона отходят на восток.
Оборону в Пулихе и Воронево, а также вокруг Высоково держал Рогачевский отряд Московской зоны обороны. Командование батальона доложило о том, что в ходе боев было уничтожено 2 вражеских танка, 3 миномета и рассеяно до 2-х рот пехоты.

15:30. 1-й батальон 25-го танкового полка 7-й танковой дивизии достиг шоссе Федоровка – Яхрома у Ольгово и занял оборону. Советских войск не обнаружил.

По свидетельству ветерана 133-й стрелковой дивизии П.В. Андреева, в Ольгово находился, в частности, склад боеприпасов ее 521-го стрелкового полка. Но он был расположен в стороне от дорог. Ни немцы, ни те, кто обслуживал склад, друг друга первоначально не заметили.

16:45. Следующий за танками 7-й мотоциклетный батальон немцев начал переходить дорогу Федоровка – Яхрома возле Ольгово. Батальон направляется в сторон Степаново.

Около 17:00 после короткого боя частью группы Мантойфеля занято Астрецово, одновременно с северо-запада атакует Астрецово 25-й танковый полк.

17:15. 25-й танковый полк 7-й танковой дивизии пропустил через шоссе Федоровка – Яхрома 7-й мотоциклетный батальон дивизии в сторону Степаново. «1-й батальон танкового полка одной ротой занял оборону в Ольгово, а основными силами идет в Яковлево, в котором в настоящее время сражается 3-й батальон полка». [NARA. Т-315. R. 411. L. 368.]

Части группы Мантойфеля (танковая рота, 6-я и усиленная 8-я рота 6-го стрелкового полка) достигают Елизаветино.

В 18:00 штаб 29-й стрелковой бригады доложил, что под давлением противника рота 2-го батальона, оборонявшаяся в Астрецово, оставила населенный пункт. [ЦАМО РФ. Ф. 301 (1 УдА). ОП. 6782. Д. 17. Л. 4.]

701-й пушечный артиллерийский полк получил приказ на занятие огневых позиций в районе БорисовоЯрово. Командный и наблюдательный пункты в Митькино.

18:40. 25-й танковый полк 7-й танковой дивизии сообщает, что Астрецово очищено от советских войск, а в Ольгово уничтожено около 200 солдат, много грузовиков и склад боеприпасов.

18.50. Боевая группа 7-го мотоциклетного батальона немцев собирается в районе Степаново.

Вечером в районе Яхромы 27 ноябрявспоминает начальник политотдела 1-й ударной армии Ф.Я. Лисицын, – В.И. Кузнецов дал указание проверить состояние обороны на участке 29-й стрелковой бригады. На ее левом фланге в обороне стоял 2-й стрелковый батальон. Он прикрывал Яхрому с северо-запада. Туда и направился заместитель начальника Политотдела армии Д.П. Макеев. Но в нескольких сотнях метров от Яхромского моста через канал его машина была обстреляна гитлеровцами. Дальше он проехать не смог” [Вл. Побочный, Людм. Антонова “Московская великая битва”]

20:00. Подготовлен приказ (И.П. Галицкий): «Привести в боевую готовность для взрыва (1 положение) майору т. КОРНЕЕВУ РОГАЧЕВСКИЙ и ЯХРОМСКИЙ мосты и начальнику подрывной команды жел. дор. войск кап. ШЕВЧЕНКО – железнодорожный мост (56 км) к 24.00 27.11. 41 года» [ЦАМО РФ. Ф. 450 (МЗО). On. 11150. Д. 99. Л. 227.]

Командующий 1-й ударной армии приказал командиру 29-й сбр полковнику Федорову “обеспечить связь… с начальниками подрывных команд Рогачевского и Яхромского мостов через канал Москва – Волга на их минно подрывных станциях – по телефону к 24:00 27. XI.41 г.” [ЦАМО РФ. Ф. 450 (МЗО). On. 11150. Д, 99. Л. 191.]

24:00. Ударная группа для захвата моста под командованием обер-лейтенанта Райнека выступает пешком из Астрецова. Остальные части группы Мантойфеля (2-й батальон 6-го стрелкового полка и танковая рота) выводятся вслед за ней на исходные позиции.

blank РОГАЧЕВСКОЕ ШОССЕ

11:10. 37-й разведывательный батальон 7-й танковой дивизии пытается продвинуться вдоль Рогачевского шоссе, но терпит неудачу.

В 11:45 батальон докладывает: «Задача атаковать на Федоровку невыполнима вследствие подрывов шоссе. 37-й разведывательный батальон обороняет южный фланг на линии Семеновское – Кульпино до постановки следующей задачи». Минированием мостов и подрывами дорожного полотна занималась группа саперов ОМСБОНа.

blankВ районе ЛарионовоКлусово вел бой 681-й стрелковый полк 133-й стрелковой дивизии, которая обороняла рубеж ХарламовоСафоновоКосмынка – Б. Титово [ссылка на фрагмент местности, где располагалась группа Захарована карте 1941 года]. Другие части группы Захарова: 17-я кавалерийская дивизия, курсантский полк и 25-я танковая бригада вели бои с противником на рубеже ЯркиноСемехино. 126-я стрелковая дивизия вела бой на рубеже Старый Стан – Мерзлово – опушка леса севернее района Березинка. 31-я танковая бригада, которая прикрывала тыл группы Ф.Д. Захарова, обороняя рубеж Путятино – Кочергино, была оттеснена 2-й танковой дивизией к Рогачевскому шоссе. «После упорных боев в районе КОЧЕРГИНО в 14:00 части бригады с большими потерями начали отход и к 17:00 вышли на рубеж: ФЕДОТОВО, РЕДКИНО, ВЕКШИНО». [ЦАМО РФ. Ф. 3114 (31 тбр). On. 1. Д. 2. А. 6.]

Во второй половине дня 24-я танковая бригада сосредоточилась в районе Гульнево – Шихово – Медведково, имея задачу задержать и уничтожить прорвавшуюся танковую группу противника в районе Холмы – Льялово – Клушино.

blank blankКРАСНОПОЛЯНСКОЕ И СОЛНЕЧНОГОРСКОЕ НАПРАВЛЕНИЯ

27 ноября Ставка приказала сформировать из войск МЗО северную оперативную группу в составе шести стрелковых бригад, роты танков КВ, двух дивизионов реактивной артиллерии под командованием генерал-майора [ошибка – в то время ещё полковника – прим.Авт.] А.И. Лизюкова с задачей прикрыть ею район Дмитровского шоссе на рубеже Хлебникове — Черкизово. [из воспоминаний Генерал-лейтенанта К. Ф. Телегина]

Вечером по тревоге был поднят 3-й батальон 2-го стрелкового полка 2-й Московской стрелковой дивизии. На машинах бойцов доставили в район Красной Поляны. Задача состояла в том, чтобы удерживать вместе с 1-м дивизионом легкого артполка село Озерецкое и прикрывать Рогачевское шоссе. Комбат Ижендеев К.И. принимает решение: 8-й роте занять северо-западную окраину села и деревню Рыбаки, 7-ю роту расположить в районе Мышецкого и 9-ю выдвинуть южнее, в район Владычино.

ЛЕВЫЙ ФЛАНГ 16-Й АРМИИ

К исходу дня части 18-й сд вышли на рубеж Степаньково, восточная окраина Сокольники, Ермолино и выхода на восточный берег р. Истра.

Противник до двух полков пехоты, поддержанный 60–70 танками, в течение дня обороняется на фронте Куртасово, Степаньково, Никольское, Сокольники, Ермолино, неоднократно переходя в контратаки… [ссылка на фрагмент карты 1941 года севернее Истры]

“До деревни Высоково, что перед Истрой, доехал я на эмке быстро и без приключений. На контрольном пункте предупредили: дорога впереди простреливается немцами. Непрерывно гремела канонада. Истры отсюда еще не было видно, да, наверное, и не разглядеть бы город сквозь дым пожарищ, наползавший оттуда. По времени — день, а здесь было сумрачно, даже снег был серым, а местами черным от гари и копоти.
В низине между деревней и окраиной города было много свежих воронок. Стояли среди развалин четыре танка, два справа от дороги, два слева. Один из них стрелял куда-то с большими паузами. Жестом руки остановил мою машину танкист в комбинезоне, обгоревшем ниже колен, хриплым, простуженным голосом попросил:
— Встретишь начальство, скажи: у Щеглакова снаряды кончаются. Не подвезут снаряды — в Дедовск уйду!
— Какое начальство-то?
— Любое. Пусть самому Белобородову докладывают поскорей! Не забудь!
Я пообещал.
Сразу за танковой позицией въехали мы в дымную полутьму, пронизанную вспышками, прожилками пламени. Вообще-то горят все города, подвергшиеся бомбежке и артобстрелу, и уж обязательно те, в которых идут бои, но Истра горела как-то по-особому: разом, целиком, как единый факел. Деревянный городок на возвышенности, обдуваемый ветрами, разносившими пламя и искры. Впрочем, деревянные постройки уже догорали, некоторые пепелища только чадили, огонь бушевал в строениях каменных, плясал над крышами, выплескивался из окон со шлейфом черного дыма, преграждая улицы. В некоторых местах мы проскакивали огневой заслон затаив дыхание, чтобы не сжечь легкие. В треске и гуле пламени, в грохоте рушившихся потолков, перекрытий слабыми и безопасными казались выстрелы и даже разрывы. А посвист пуль, мяукающий звук летящих мин можно было услышать лишь там, где пожар завершался или был только в самом начале.
Как тут воевать среди пожарищ, в дыму, где за сто метров ничего не видно? Заблудишься, не зная, куда повернуть, где можно пройти, пробежать. Но ведь воевали, и, как я убедился, очень даже организованно. Есть такой парадоксальный военный закон: если у тебя больше людей, то это еще не значит, что у тебя будет больше успехов, а вот много потерь — это наверняка. Пулям и осколкам есть в кого попадать. А тогда в Истре людей почти не было видно. И у нас, да, наверно, и у немцев. Только в укрытых местах, куда не залетали пули и редко попадали снаряды. А бой шел своим чередом, судя по сгусткам пальбы, были какие-то узловые пункты, была линия соприкосновения. Я еще подумал, что здесь воюют не новички, они спокойно работают, делают свое дело. Такое вот ощущение овладело мной в полуокруженном горящем городе, в общем-то обреченном на сдачу. Но отступление отступлению рознь. Да, сила солому ломит. Но войска наши не бегут в панике, они достойно отходят на новые рубежи, бой не прерывается, а только перемещается в пространстве. Здесь воюют на равных, успеха добивается тот, у кого сегодня больше возможностей. Мне казалось, что и немцы понимают это, осторожничают. Еще раз хочу сформулировать свое тогдашнее ощущение: в Истре и наши, и немцы работали, профессионально делали свое привычное дело. Это вселяло удовлетворение и уверенность.
Среди огня и дыма, где, казалось, вообще никого невозможно разыскать, мы, спрашивая красноармейцев, без особого труда нашли командный пункт одного из командиров полков белобородовской дивизии. Звание не определил, он был в полушубке, а фамилия, если не изменяет память, Суханов. В надежном подвале разрушенного кирпичного здания сидели у аппаратов телефонисты, отдыхали разведчики, связные. Даже удушливой гари почти не чувствовалось, во всяком случае, ее перебивал густой запах махорки и приятный запах жареного мяса: как уж там умудрялись его жарить — не знаю.
Командир полка, будем называть его Сухановым, вывел меня и приданного мне еще в Москве капитана наверх, к дощатому павильончику или киоску. Среди всеобщего разрушения это хилое строение оставалось совершенно невредимым, если не считать нескольких осколочных дырок в стенке. Улица, а вернее, Волоколамское шоссе шло здесь под уклон, и, когда ветер рассеивал дым, видна была развилка: прямо — въезд в Новоиерусалимский монастырь, вправо — Бужаровское шоссе, а Волоколамка убегала влево, к реке, огибая монастырский холм. Вся эта развилка была буквально перепахана большими и малыми воронками и, по словам Суханова, простреливалась немцами из винтовок и пулеметов — для автоматов расстояние было велико. А еще командир полка сказал, что удерживает свой рубеж только потому, что держится крепость, то есть монастырь на возвышенности с его массивными, стенами. Закрыта для противника Волоколамская магистраль. Но положение обороняющихся очень тяжелое. Большие потери, на исходе боеприпасы. А он, Суханов, и командир дивизии Белобородое ничем не способны помочь. Самим помощь нужна.
Там, на бугре, возле дощатого киоска, в чаду и дыму пожаров, в треске огня, в грохоте разрывов мне совсем не показалось странным, что никто, даже командир полка, не знает, какая же воинская часть держит крепость, то бишь монастырь. Важно было не кто воюет, а как воюет. Суханов знал только, что не из их дивизии, но все равно и патроны туда посылал, и раненых его полковые медики выносили при первой возможности. Кстати, раненые, доставленные из монастыря, чувствовали себя здесь, возле командного пункта, спокойно, как в глубоком тылу. А мне-то казалось, что мы на самой передовой линии.
Пока я опрашивал раненых, сопровождавший меня капитан вместе с тремя полковыми разведчиками «сбегал» (через узкий простреливаемый перешеек перед воротами) в монастырь и часа через полтора вернулся оттуда. В общем, картина вырисовывалась такая. Еще в конце октября волею какого-то высокого начальства в Новоиерусалимский монастырь был отправлен 18-й отдельный прожекторный батальон. Кадровый, полностью укомплектованный: почти тысяча человек с большим количеством пулеметов, со своим автотранспортом, с прожекторами для ведения ночного боя. Цель — превратить монастырь в надежный узел сопротивления и оборонять его, если прорвутся немцы. Но в октябре немцы не прорвались, время шло, начальство менялось. Отдельный батальон надо было кому-то подчинить, а поскольку он технический, прожекторный, пустили его по фронтовому инженерному ведомству, а там штабные мудрецы, опять же по формальному признаку, включили его в саперный отряд, действовавший по линии Волоколамского шоссе. Несколько саперных батальонов этого отряда возводили оборонительные сооружения в Истре и восточнее, минировали мосты, готовили к подрыву заводы, крупные здания даже в самой Москве, в том месте, где сливаются шоссе Волоколамское и Ленинградское. Ну и прожекторный батальон пристегнули. Вероятно, командир саперного отряда просто не знал, что с ним делать. Побывал в монастыре, проверил готовность к обороне, повторил общеизвестное категорическое распоряжение: без приказа — ни шагу назад. За оставление позиций — под трибунал. И убыл, по горло занятый своими саперными делами. А 18-й прожекторный батальон, превратив Новоиерусалимский монастырь в крепость, встретил подступивших немцев сам по себе, без связи с начальством, без распоряжений, без помощи. Держал фашистов у слияния двух речек, на перекрестке дорог. Держал, погибая от бомб и снарядов, разрушавших великолепный ансамбль русского церковного зодчества.
Через посланного мной капитана командир прожекторного батальона сообщил мне: может покинуть монастырь только по приказу командира саперного отряда. И назвал фамилию — майор Чернов. Это было уже кое-что.
Знаете рассказ Леонида Пантелеева о мальчике, которого старшие ребята, играя, оставили на посту, забыли о нем, а он находился там до вечера, до тех пор, пока появился военный, «освободивший» его от данного им честного слова. Дорого ценится такое слово у настоящих людей. Вспоминается мне этот рассказ каждый раз, когда думаю о боях в Истре.
Спросил у командира полка Суханова: долго ли продержится город? Тот ответил, что начали выводить тылы. Продержаться-то можно и сутки, и больше, немцы не пускают в Истру танки из-за пожаров, наверное, но город, того гляди, окажется в кольце, вражеские танкисты уже возле Манихино. Для меня это означало, что снимать с позиций прожектористов надо как можно скорее.
Поехали в Снегири. Там мне удалось связаться по телефону с Шапошниковым. Он обрадовался и моему сообщению, и тому, что я обнаружился: оказывается, звонил Поскребышев, разыскивая меня. Остальное, как говорится, было делом техники. Через штаб Западного фронта разыскали командира сводного саперного отряда Чернова, ему было передано соответствующее распоряжение. И вот ведь очередное коленце фортуны: оказывается, Чернов в это время тоже находился в Снегирях, поблизости от того дома, откуда я звонил Борису Михайловичу. Но разве угадаешь!
18-й прожекторный героический батальон, то, что уцелело от него, удалось вывести из монастыря. Новоиерусалимская святыня не подверглась полному разрушению, было с чего начать потом восстановление. А вообще в Истре после тех боев уцелело лишь несколько зданий. Да, во всем городе три-четыре дома и еще дощатый киоск на пригорке, тот самый киоск, за стенами которого «укрывались» мы с Сухановым. С командиром полка тогда еще обычной сибирской дивизии Афанасия Павлантьевича Белобородова, в будущем дважды Героя Советского Союза. Дивизии, которая через несколько дней станет 9-й гвардейской. Заслужить звание гвардейцев при отступлении — такое бывает редко.
И согласитесь, хороший рассказ о мальчике, умевшем держать слово, написал Леонид Пантелеев. Может, тот повзрослевший мальчик как раз и командовал 18-м прожекторным батальоном в Новоиерусалимском монастыре?!” читать полностью

Из дневника немецкого солдата о боях за г. Истру:
blank26. ХI. Курт Кюне – шеф-повар – убит осколком мины. “Сони-бой” тоже убит. СС идет в наступление. Много молодых лиц, на которых не видно отпечатка событий, даже командиры – молодежь. Значит, эрзац-части. Рассказывают различные небылицы.Днем мы в дер. Веретенки. Наступление продолжается. Русские застигнуты врасплох, но не растерялись. Они сильно стреляют из своего ракетомета. Холод становится невыносимым. Вместо ног у меня какие-то ледяные глыбы, которые я попеременно бью оземь. Я очень ловко устраиваюсь под одной крышей с СС. Хауптштурмфюрер в восторге от Брюсселя, Парижа, Бискайи и прочих “рыбьих походов” по винным подвалам.blankОколо Горок [возможно эти Горки – прим. Авт.] – ферма пушного зверя. Легкие черные домики тают на глазах. Прожорливый огонь съедает один домик за другим.Ночь опять холодная. Утром, когда я размягчал молотком сапоги, они издавали глухие звуки колокола.Каждый раз, когда в какой-нибудь деревне заметно сопротивление, СС требует нашего действия.
Как жаль квартир! Мы уже видели достаточно плохих примеров. От перегрева опять сгорела печь, что сократило нам ночной отдых.
Поздно вечером узнали, что Истра – наша цель – взята. Что будет дальше?“. [Вл. Побочный, Людм. Антонова “Московская великая битва]

http://www.xliby.ru/istorija/1941_god_glazami_nemcev_berezovye_kresty_vmesto_zheleznyh/p16.php

blank

Наставления о боевом применении собак-истребителей танков.
Наставления о боевом применении собак-истребителей танков.

Примерно в конце ноября солдаты вермахта стали замечать собак — овчарок со странными пакетами на спинах и по бокам, проявлявших подозрительное внимание к танкам и бронетранспортерам. Солдаты начали стрелять по животным. Каждая такая собака была на особом длинном поводке, служившем проводом, соединенным с выключателем. Как только животное оказывалось под танком, русские тут же приводили в действие электродетонатор. Командир полка, разумеется, предупредил подчиненных о подобных случаях, но, судя по всему, отнесся к этому двояко, не исключив, что это, дескать, обычные солдатские байки из разряда «сортирного юмора». Впрочем, он тут же добавил: «Никогда не знаешь, на что еще способны эти русские». Но вскоре выяснилось, что речь идет о настоящем нашествии заминированных псов — один радист насчитал 42 животных. «Мне не приходилось слышать, чтобы эта русская хитрость сработала», — уверял все тот же радист.

Три дня спустя этот полк вермахта вышел к дороге Калинин — Клин — Москва. В поддержку ему был придан танковый полк «Фон Ротенберг». В тот день немцев атаковали русские кавалеристы, будто вынырнувшие из прошлого столетия. Подполковник фон дер Ляйе, сам большой поклонник верховой езды, чуть не с завистью взирал на отличных ухоженных коней. Фон дер Ляйе был третьим по счету командиром полка с начала кампании и не желал никаких сюрпризов. «Так мне стрелять?» — осведомился у подполковника пулеметчик. Подполковник кивнул, и тут же на всадников обрушился ураганный огонь танковых пулеметов. Некоторое время русские продолжали атаковать, но вскоре стали поспешно отходить, вопреки сложившемуся обычаю даже не сжигая оставляемые немцам деревни.”

ПОСЛЕДНИЙ РУБЕЖ на Google maps

blank
Хроника войны
blank
Воспоминания
blank
Последний рубеж
blank
Документы войны
blank
Карты военных лет

далее...

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.