Меню Закрыть

Рокоссовский Константин Константинович

Константи́нРокоссовский Константин Константинович Константи́нович (Ксаве́рьевич) Рокоссо́вский (польск. Konstanty Rokossowski; 9 [21] декабря 1896, Варшава, Царство Польское, Российская империя03 августа 1968, Москва, СССР) — советский и польский военачальник, дважды Герой Советского Союза (1944, 1945). Единственный в истории СССР маршал двух стран: Маршал Советского Союза (1944) и маршал Польши (1949). Командовал Парадом Победы 24 июня 1945 года на Красной площади в Москве. Один из крупнейших полководцев Второй мировой войны.

По сведениям, приведённым Б.В. Соколовым1, К. К. Рокоссовский родился в 1894 году, но находясь в Красной армии (не позднее 1919 года) стал указывать год рождения как 1896 и изменил отчество на «Константинович».

После присвоения звания дважды Героя Советского Союза местом рождения стал указывать Великие Луки, где и был установлен бюст Рокоссовскому.2

Согласно краткой автобиографии, написанной 27 декабря 1945 года, родился в городе Великие Луки (согласно анкете от 22 апреля 1920 года — в городе Варшаве).

Отец — поляк Ксаверий Юзеф Рокоссовский (1853—1902), происходивший из шляхетского рода Рокоссовских (герба Гляубич или Окша), ревизор Варшавской железной дороги. Его предки утратили шляхетство после польского восстания 1863 года. Прадед — Юзеф Рокоссовский, подпоручик 2-го уланского полка Герцогства Варшавского, участник Русской кампании 1812 года.3 Мать — белоруска Антонина (Атонида) Овсянникова (ум. 1911), учительница, родом из Телехан (Беларусь).

Предки Рокоссовского были великопольскими шляхтичами. Им принадлежала большая деревня Рокоссово (сейчас в гмине Понец). От названия деревни и произошла фамилия рода.

Отец послал его учиться в платное техническое училище Антона Лагуна, но 4 (17) октября 1902 года умер (согласно анкете Рокоссовского, на момент смерти отца ему было 6 лет). Константин работал помощником кондитера, потом стоматолога, а в 1909—1914 годах — каменотёсом в мастерской Стефана Высоцкого, мужа его тёти Софьи, в Варшаве, а потом в местечке Груец, в 35 км к юго-западу от Варшавы. В 1911 году умерла мать. Для самообразования Константин читал много книг на русском и польском языках.

Первая мировая война.

2 августа 1914 года 18-летний (согласно анкете, а в действительности — 20-летний) Константин поступил добровольцем в 5-й драгунский Каргопольский полк 5-й кавалерийской дивизии 12-й армии и был зачислен в 6-й эскадрон. В апреле 1920 года, заполняя кандидатскую карточку на замещение командных должностей, Рокоссовский указал, что в царской армии служил вольноопределяющимся и окончил 5 классов гимназии. В действительности он служил только охотником (добровольцем) и, следовательно, не имел необходимого образовательного ценза в 6 классов гимназии для того, чтобы служить вольноопределяющимся. 8 августа Рокоссовский отличился при проведении конной разведки у деревни Ястржем, за что был награждён Георгиевским крестом 4-й степени и произведён в ефрейторы. Участвовал в боях под Варшавой, научился обращаться с лошадью, овладел винтовкой, шашкой и пикой.

В начале апреля 1915 года дивизия была переброшена в Литву. В бою под городом Поневежем Рокоссовский атаковал немецкую артиллерийскую батарею, за что был представлен к Георгиевскому кресту 3-й степени, однако награду не получил. В бою за железнодорожную станцию Трошкуны, вместе с несколькими драгунами, скрытно захватил окоп немецкого полевого караула, и 20 июля был награждён Георгиевской медалью 4-й степени. Каргопольский полк вёл окопную войну на берегу Западной Двины. Зимой-весной 1916 года в составе партизанского отряда, сформированного из драгун, Константин многократно пересекал реку с целью разведки. 6 мая за атаку немецкой заставы получил Георгиевскую медаль 3-й степени. В отряде он познакомился с унтер-офицером Адольфом Юшкевичем, имевшим революционные взгляды. В июне вернулся в состав полка, где снова переправлялся через реку в разведывательный поиск.

В конце октября переведён в учебную команду 1-го запасного кавалерийского полка. В феврале 1917 года Каргопольский полк переформировали, Рокоссовский попал в 4-й эскадрон, вместе с другими бойцами по льду переходил Двину и атаковал немецкие караулы. 5 марта полк временно находился в тылу, был созван, и перед конным строем полковник Дараган зачитал акт об отречении Николая II от престола. 11 марта полк присягнул Временному правительству. В полку появились убеждённые сторонники большевиков, среди которых был Иван Тюленев, согласно Приказу № 1 Петроградского Совета был избран полковой комитет. 29 марта Рокоссовский произведён в младшие унтер-офицеры.

Немцы наступали на Ригу. С 19 августа Каргопольский полк прикрывал отступление пехоты и обозов в Латвии. 23 августа Рокоссовский с группой драгун отправился в разведку у местечка Кроненберг и обнаружил немецкую колонну, двигавшуюся по псковскому шоссе. 24 августа 1917 года представлен и 21 ноября награждён Георгиевской медалью 2-й степени. Драгуны выбрали Рокоссовского в эскадронный, а затем в полковой комитет, решавший вопросы жизни полка. Двоюродный брат — сослуживец Франц Рокоссовский с группой драгун-поляков вернулся в Польшу и вступил в военную организацию, формировавшуюся лидерами польских националистов. В декабре 1917 года Константин Рокоссовский, Адольф Юшкевич и другие драгуны вступили в Красную Гвардию. В конце декабря Каргопольский полк был переброшен в тыл на восток. 7 апреля 1918 года на станции Дикая, западнее Вологды, 5-й Каргопольский драгунский полк был расформирован.

Гражданская война.

С октября 1917 года добровольно перешёл в Красную Гвардию (в Каргопольский красногвардейский отряд рядовым красногвардейцем), затем в Красную Армию.

С ноября 1917 года по февраль 1918 года, в составе Каргопольского красногвардейского кавалерийского отряда, в должности помощника начальника отряда, Рокоссовский участвовал в подавлении контрреволюционных восстаний в районе Вологды, Буя, Галича и Солигалича. С февраля по июль 1918 года принимал участие в подавлении анархистских и казацких контрреволюционных выступлений на Слобожанщине (в районе Харькова, Унеча, Михайловского хутора) и в районе Карачев — Брянск. В июле 1918 года, в составе того же отряда, переброшен на Восточный фронт под Екатеринбург и участвовал в боях с белогвардейцами и чехословаками под станцией Кузино, Екатеринбургом, станциями Шамары и Шаля до августа 1918 года. С августа 1918 года отряд переформирован в 1-й Уральский имени Володарского кавалерийский полк, Рокоссовский назначен командиром 1-го эскадрона.

7 марта 1919 года вступил в РКП(б) (членский билет № 239).

В Гражданскую войну — командир эскадрона, отдельного дивизиона, отдельного кавалерийского полка. 7 ноября 1919 года южнее станции Мангут, в схватке с заместителем начальника 15-й Омской Сибирской стрелковой дивизии армии Колчака, полковником Н. С. Вознесенским (в мемуарах Рокоссовского ошибочно «Воскресенским») зарубил последнего, а сам был ранен в плечо.

…7 ноября 1919 года мы совершили набег на тылы белогвардейцев. Отдельный Уральский кавалерийский дивизион, которым я тогда командовал, прорвался ночью через боевые порядки колчаковцев, добыл сведения, что в станице Караульная расположился штаб омской группы, зашел с тыла, атаковал станицу и, смяв белые части, разгромил этот штаб, захватил пленных, в их числе много офицеров.

Во время атаки при единоборстве с командующим омской группой генералом Воскресенским я получил от него пулю в плечо, а он от меня — смертельный удар шашкой…

23 января 1920 года Рокоссовский был назначен командиром 30-го кавалерийского полка 30-й дивизии 5-й армии.

Летом 1921 года, командуя красным 35-м кавалерийским полком, в бою под Троицкосавском нанёс поражение 2-й бригаде генерала Б. П. Резухина из Азиатской конной дивизии генерала барона Р. Ф. фон Унгерн-Штернберга и был тяжело ранен. За этот бой Рокоссовского наградили орденом Красного Знамени.

В октябре 1921 года переведён командиром 3-й бригады 5-й Кубанской кавалерийской дивизии.

В октябре 1922 года в связи с переформированием 5-й дивизии в Отдельную 5-ю Кубанскую кавбригаду, по собственному желанию назначен на должность командира 27-го кавалерийского полка этой же бригады.

В 1923—1924 годах участвовал в боях против вышедших на территорию СССР, в Забайкалье, белогвардейских отрядов генерала Мыльникова, полковника Деревцова, Дуганова, Гордеева и сотника Шадрина И. С. (возглавлял Сретенский боевой участок). 9 июня 1924 года, во время проведения оперативно-войсковой операции против отрядов Мыльникова и Деревцова, Рокоссовский возглавлял один из отрядов красноармейцев, шедший по узкой таёжной тропе.

“…Шедший впереди Рокоссовский наткнулся на Мыльникова, произвёл в него два выстрела из маузера. Мыльников упал. Рокоссовский предполагает, что Мыльников ранен, но ввиду непроходимой тайги, по-видимому, отполз под куст, его не могли найти…”4

Мыльников выжил. Вскоре красные оперативным путём установили местонахождение раненого генерала Мыльникова в доме одного из местных жителей и 27 июня 1924 года арестовали его. Отряды Мыльникова и Деревцова были разгромлены в один день.

Межвоенный период.

30 апреля 1923 года Рокоссовский женился на Юлии Петровне Барминой. 17 июня 1925 года у них родилась дочь Ариадна.

Сентябрь 1924 — август 1925 — слушатель Кавалерийских курсов усовершенствования командного состава, вместе с Г.К. Жуковым и А.И. Ерёменко.

С июля 1926 по июль 1928 года Рокоссовский служил в Монголии инструктором отдельной Монгольской кавдивизии (город Улан-Батор).

С января по апрель 1929 года прошёл курсы усовершенствования высшего начальствующего состава при Академии имени М.В. Фрунзе, где познакомился с работами М. Н. Тухачевского.

В 1929 году командовал 5-й отдельной Кубанской кавалерийской бригадой (располагалась в Нижней Берёзовке под Верхнеудинском), в ноябре 1929 года участвовал в Маньчжуро-Чжалайнорской (Маньчжуро-Джалайнорской) наступательной операции РККА.

С января 1930 года Рокоссовский командовал 7-й Самарской кавалерийской дивизией (одним из командиров бригад в которой был Г.К. Жуков). В феврале 1932 года переведён на должность командира-комиссара 15-й Отдельной Кубанской кавалерийской дивизией (Даурия).

С введением в 1935 году персональных званий в РККА получил звание комдива.

В 1936 году К.К. Рокоссовский командует 5-м кавалерийским корпусом в Пскове.

Слушатели ККУКС 1924/25 (справа налево)
Лежат: 1. Леви, 2. Романенко П. Л.

Сидят в первом ряду: 1. Баграмян И. Х., 2. Мысин Ф. Т., 3. Ерёменко А. И., 4. Сайкин, 5. Баторский М. А., 6. Зубок А. Е., 7. Десметник И. И., 8. Синяков С. П., 9. Гросс Э. Б.
Стоят во втором ряду: 1. Жуков Г. К., 2. Личность пока не установлена, 3. Чистяков В. И., 4. Тантлевский Е. Б., 5. Рокоссовский К. К., 6. Савельев М. И., 7. Самокрутов М. В., 8. Густишев Д. И., 9. Митин
Стоят в третьем ряду: 1. Кайнерт, 2. Бобкин Л. В., 3. Иванов П. С., 4. Мишук Н. И., 5. Никитин А. Г.

Фотоальбом на Гугл-Фото

Фотоальбом на Гугл-Фото

Арест.

27 июня 1937 года был исключён из ВКП(б) «за потерю классовой бдительности».5 В личном деле Рокоссовского имелась информация, что он был тесно связан с К.А. Чайковским. 22 июля 1937 года уволен из РККА «по служебному несоответствию». Комкор И. С. Кутяков дал показания на командарма 2-го ранга М.Д. Великанова и прочих, а тот, в числе прочих, «показал» на К.К. Рокоссовского. Начальник разведотдела штаба ЗабВО дал показания, что Рокоссовский в 1932 году встречался с начальником японской военной миссии в Харбине Мититаро Комацубара.

В августе 1937 года Рокоссовский поехал в Ленинград, где был арестован по обвинению в связях с польской и японской разведками, став жертвой ложных показаний. Два с половиной года провёл под следствием (следственное дело № 25358-1937).

“Доказательства строились на показаниях поляка Адольфа Юшкевича, соратника Рокоссовского в гражданскую. Но Рокоссовский-то хорошо знал, что Юшкевич погиб под Перекопом. Он сказал, что все подпишет, если Адольфа приведут на очную ставку. Стали искать Юшкевича и обнаружили, что он давно умер.” — К. В. Рокоссовский, внук.

С 17 августа 1937 по 22 марта 1940 года, согласно справке от 4 апреля 1940 года, содержался во Внутренней тюрьме Управления госбезопасности НКВД по Ленинградской области на Шпалерной улице. По словам правнучки Рокоссовского, ссылавшейся на рассказы жены маршала Казакова, Рокоссовский подвергался жестоким пыткам и избиениям. В этих пытках принимал участие начальник Ленинградского УНКВД Заковский. Рокоссовскому выбили несколько передних зубов, сломали три ребра, молотком били по пальцам ног, а в 1939 году его выводили во двор тюрьмы на расстрел и давали холостой выстрел. Однако Рокоссовский не дал ложных показаний ни на себя, ни на других. По рассказу правнучки, в своих записях отметил, что враг посеял сомнения и обманул партию — это привело к арестам невиновных. По сведениям полковника юстиции Климина Ф. А., бывшего в числе трёх судей Военной коллегии ВС СССР, разбиравших дело Рокоссовского, в марте 1939 года состоялся суд, но все свидетели, давшие показания, уже были мертвы. Рассмотрение дела было отложено на доследование, осенью 1939 года состоялось второе заседание, также отложившее вынесение приговора. По некоторым предположениям, Рокоссовский был этапирован в лагерь. Есть версия, что всё это время Рокоссовский находился в Испании в качестве военного эмиссара под псевдонимом, предположительно, Мигель Мартинес (из «Испанского дневника» М.Е. Кольцова).

22 марта 1940 года Рокоссовский был освобождён, в связи с прекращением дела, при ходатайстве С.К. Тимошенко к Сталину, и реабилитирован. К.К. Рокоссовского полностью восстанавливают в правах, в должности и в партии, и весну он проводит с семьёй на курорте в Сочи. В том же году с введением генеральских званий в РККА ему присваивается звание «генерал-майора».

После отпуска Рокоссовский назначается в распоряжение командующего Киевским особым военным округом (КОВО) генерала армии Г. К. Жукова, а, по возвращении 5-го кавалерийского корпуса из похода в Бессарабию (июнь-июль 1940 года) в состав Кавалерийской армейской группы КОВО (город Славута), вступает в командование корпусом.

В ноябре 1940 года Рокоссовский получает новое назначение на должность командира 9-го механизированного корпуса, который ему предстояло сформировать в КОВО.

“И уж если Сталин свел счеты со своими подлинными и мнимыми противниками, то Ворошилов и Буденный — тем более! Убрали всех, кто мог сказать слово против них, кто был знаком с темными сторонами их прошлого. Тухачевского, например.”

***

“Ворошилов и Буденный не только убирали тех, кто был опасен для них или неугоден им, но и выдвигали на ответственные военные должности своих верных людей. Независимо от умственных способностей, от образования, а лишь по одному принципу — личной преданности. Люди с кругозором эскадронных командиров становились вдруг комдивами и комкорами. К лету сорок первого года примерно девяносто процентов нашего начальствующего состава в звене дивизия-армия были скороспелыми, полуграмотными выдвиженцами Ворошилова и Буденного из тех, кто знаком был им по Первой конной. Только из этого кладезя черпались кадры, будто и не было у нас других славных армий! А ведь известно: плохо, когда нет умелых военачальников, но еще хуже, когда командуют, руководят неумелые военачальники. Тем более, в армейских условиях, где приказы не обсуждаются, а лишь исполняются, любая глупость, любая ошибка чреваты самыми тяжелыми последствиями.”

***

Высшая государственная власть, принимая различные установления, просто неспособна предусмотреть, регламентировать все конкретные варианты, все житейские случаи. Умные, самостоятельные люди используют такие установления, законы, инструкции применительно к обстоятельствам. Так и было до массовых репрессий в армии. А когда к руководству пришли необразованные, несамостоятельные, полностью зависящие от начальства исполнители, любые указания и распоряжения стали восприниматься и выполняться буквально, от точки до точки, творчество вытеснялось формализмом. Скороспелые руководители прятали свое неумение, свою безынициативность за правильной фразой, за цитатой: «Так сказал товарищ Сталин!» или «Так распорядился Нарком Ворошилов!». Слово в слово — вот и весь диапазон.
Например, упор на наступательные действия всегда был основным принципом подготовки наших войск. Но при этом и обороняться учились, и отходить. А после известного заявления о том, что мы будем бить любого врага на его собственной территории, возник опаснейший перекос. Учить стали только наступлению. Командиров, отрабатывавших оборонительные действия, зачисляли в «пораженцы». А те, кто пытался приобщить свои батальоны и полки к труднейшему искусству отступления, вообще попадали в разряд подозреваемых. Это же вредители, подрывающие дух войск! Их арестовывали, судили. Зато раздольно было безответственным крикунам, демагогам. О каком творчестве, о каких поисках и достижениях могла идти речь в подобной обстановке?!
Рассказываю сейчас и вспоминается мне лицо Ворошилова того времени. На Семене-то Михайловиче с его железными нервами, с давней привычкой сметать любого, кто становился на пути, события конца тридцатых годов почти не отразились. Разве что осунулся, да глаза, будто прихваченные изнутри морозом, стали холоднее и жестче. А вот худощавый Ворошилов еще более высох, легла на его потемневшее лицо печать озлобленности. К сожалению, запамятовал фамилию художника, который сделал тогда серию небольших портретов Климента Ефремовича — штук шесть. Сознательно или нет поступил художник, но на портретах 37–38 годов прежде всего выделена ожесточенность.
Новые люди, поднявшиеся на командные посты вместо «врагов народа», по незнанию или по чрезмерной услужливости перед начальством подвергали гонению, искоренению все то, что было связано с именами репрессированных предшественников. Тухачевский и Егоров, к примеру, много сил приложили для создания у нас самых мощных в мире бронетанковых войск. Не стало этих маршалов, и начались среди рьяных борцов за собственную карьеру и просто среди недальновидных товарищей разговоры о том, что крупные бронетанковые соединения нам без надобности, ни у французов, ни у англичан их нет, и ничего, обходятся. Военный опыт, дескать, показывает, что иметь бронекорпуса нецелесообразно…

***

“Очень горько мне было видеть, как слабеет Красная Армия, теряя лучшие кадры, теоретиков и практиков, как отвлекается от боевой подготовки внутренняя борьба, чистки и проработки, как падает ее технический и организационный уровень. Наша армия, еще недавно столь мощная, остановилась в своем развитии, откатилась назад, перестала быть кадровой в широком понимании этого слова. Случайно собранные под знамена люди, одетые в форму и чуть-чуть обученные — это еще не Вооруженные Силы! Зато полностью, неделимо укрепился в армии авторитет Сталина и его ближайших военных помощников — Ворошилова и Буденного. Это Иосиф Виссарионович считал главным. Наверстать упущенное по военной линии он намеревался в ближайшие пять-шесть лет, для чего разрабатывалась соответствующая программа. Но слишком велики были утраты. Да и враг не дремал, прекрасно понимая, что сражаться с нами надобно как можно скорее, пока мы не оправились от внутренних потрясений. К Гитлеру можно относиться как угодно, только не надо считать его дураком. Шансов, которые казались ему надежными, он не упускал.
Да, мы были очень ослаблены. Армия и флот лишились примерно 43 тысяч командиров, арестованных или уволенных со службы по политическим мотивам (значительная часть их, правда, вскоре будет возвращена в строй). Читатель, конечно, вправе усомниться в точности, в объективности моих суждений. Я и сам не отрицаю того, что не могу быть абсолютно беспристрастным. И отнюдь не претендую на полную истину. Лучше всего в этом случае привлечь документ, который без всяких комментариев говорит сам за себя.
Итак: во время гражданской войны на Кавказе отличился брат В. В. Куйбышева — Н. В. Куйбышев. Насколько я знаю, он умело командовал дивизией, освобождал родные края Иосифа Виссарионовича, был на виду, а главное — пользовался большим уважением местного населения. В Грузии его считали своим человеком, он чуть ли ни всю свою военную службу провел в тех местах, выдвинулся на высокий пост командующего Закавказским военным округом. Позволю себе привести здесь стенограмму заседания Военного совета при Наркоме обороны СССР (21–27 ноября 1937 года), высказывания комкора Н. В. Куйбышева и его оппонентов. Цитирую:
«Тов. Куйбышев: Подытоживая результаты инспекторских смотров, окружных учений, военный совет округа оценил военную подготовку войск ЗакВО как стоящую на неудовлетворительном уровне. Основная причина того, что мы не изжили всех эти недостатков, заключается в том, что у нас округ был обескровлен очень сильно.
Тов. Ворошилов: Не больше, чем у других.
Тов. Куйбышев: А вот я вам приведу факты. На сегодня у нас тремя дивизиями командуют капитаны, но дело не в звании, а дело в том, товарищ народный комиссар, что, скажем, Армянской дивизией командует капитан, который до этого не командовал не только полком, но и батальоном, он командовал только батареей.
Тов. Ворошилов: Зачем же вы его поставили?
Тов. Куйбышев: Почему мы его назначили? Я заверяю, товарищ народный комиссар, что лучшего мы не нашли. У нас командует Азербайджанской дивизией майор. Он до этого времени не командовал ни полком, ни батальоном и в течение шести последних лет являлся преподавателем военного училища (смех).
Голос с места: Куда же девались командиры?
Тов. Куйбышев: Все остальные переведены в ведомство Нарковнудела без занятия определенных должностей. Я думаю, что это не их беда, что они не имеют опыта. Откуда может быть хорошим командиром Грузинской дивизии Дзабахидзе, который до этого в течение двух лет командовал только ротой и больше никакого командного стажа не имеет.
Тов. Буденный: За год можно подучить.
Тов. Ворошилов: Семен Михайлович считает, что если ротой умеет хорошо командовать, то и армией сможет.
Ирония звучит в реплике Климента Ефремовича?! Или тонкое чувство юмора, связанное с «отправкой» опытных командиров в ведомство НКВД «без занятия определенных должностей»?! Не знаю… Остается добавить только одно: сам комкор Куйбышев, осмелившийся оспаривать мнение начальства, был вскоре репрессирован и тоже оказался «без должности» в названном выше ведомстве. Где и обрел свой конец.
Справедливость требует, впрочем, сказать, что падение уровня боеготовности наших вооруженных сил объясняется не только репрессиями. Великая война приближалась, очаги ее уже пылали на Западе и на Востоке. Обстановка заставила быстро увеличивать количество наших войск, привлекая на службу людей, совершенно необученных. За несколько лет численность возросла в три раза. Рядовых можно было найти, младших командиров можно было подготовить, но где взять командиров среднего и высшего звена?! Вдвое увеличилось количество военно-учебных заведений, но это был задел на будущее, а пока нехватка военных руководителей была огромной.

В 1938 году некомплект командных кадров составлял 45 тысяч человек. К январю 1940 года цифра возросла до 60 тысяч. И это при том, что в войска возвратились 13 тысяч репрессированных. Положение было сложнейшее.

ссылка

***

Дополнительно: О маршалах Ворошилове, Буденном, Тимошенко – без предвзятости [это мнение автора статьи на topwar.ru]

Округлённо – от 25 до 34 тыс. офицеров РККА (авторы – О.Ф. Сувениров [28685 (сухопутные и морские силы) и 4773 (воздушные силы)], А.А. Печенкин [28685 (без воздушных сил], Н.С. Черушев [15578 (в 1937), 8612 (в 1938), 357 (в 1939)])

“В результате таких событий были репрессированы 3 маршала советского союза, 3 командарм 1 ранга, 10 командармов 2 ранга, 50 командиров корпусов, 154 командира дивизии, 16 армейских комиссаров, 25 корпусах комиссаров, 58 дивизионных комиссаров, 401 командиров полков. Всего же репрессиям в красной армии подверглись 40 тыс человек. Это было 40 тыс руководителей армии. В результате более 90% командного состава было уничтожено.” – цитата из https://istoriarusi.ru/cccp/repressii-v-sssr-kratko.html

Великая Отечественная война.

Рокоссовский К.К. - командующий 16 А

Начальный период войны

Командовал 9-м механизированным корпусом в сражении под Дубно-Луцком-Бродами. Несмотря на некомплект танков и транспорта, войска 9 мехкорпуса в течение июня — июля 1941 года активной обороной изматывали противника, отступая только по приказу. За успехи был представлен к 4-му ордену Красного Знамени.

11 июля 1941 года назначен командующим 4-й армией на южном фланге Западного фронта (вместо арестованного и позднее расстрелянного А. А. Коробкова), 17 июля Рокоссовский прибыл в штаб Западного фронта, однако в связи с ухудшением обстановки ему поручено руководство оперативной группой для восстановления положения в районе Смоленска. Ему выделили группу офицеров, радиостанцию и два автомобиля; остальное он должен был добирать сам: останавливать и подчинять себе остатки 19-й, 20-й и 16-й армий, выходивших из смоленского котла, и удерживать этими силами район Ярцево. Маршал вспоминал: “В штабе фронта я ознакомился с данными на 17 июля. Работники штаба не очень-то были уверены, что их материалы точно соответствуют действительности, поскольку с некоторыми армиями, в частности с 19-й и 22-й, не было связи. Поступили сведения о появлении в районе Ельни каких-то крупных танковых частей противника”.

Эта непростая задача была успешно решена: “В короткое время собрали порядочное количество людей. Были здесь пехотинцы, артиллеристы, связисты, саперы, пулеметчики, минометчики, медицинские работники… В нашем распоряжении оказалось немало грузовиков. Они нам очень пригодились. Так началось в процессе боев формирование в районе Ярцево соединения, получившего официальное название «группа генерала Рокоссовского»”.

Группа Рокоссовского способствовала деблокаде окружённых в районе Смоленска советских армий. 10 августа она была реорганизована в 16-ю армию (второго формирования), а Рокоссовский стал командующим этой армией; 11 сентября 1941 года получил звание генерал-лейтенанта.

Битва за Москву.

В начале Московской битвы основные силы 16-й армии Рокоссовского попали в Вяземский «котёл», однако управление 16-й армии, передав войска 19-й армии, успело выйти из окружения. «Новой» 16-й армии было приказано прикрыть Волоколамское направление, при этом Рокоссовскому опять пришлось собирать себе войска. Рокоссовский перехватывал войска на марше; в его распоряжение поступил отдельный курсантский полк, созданный на базе Московского пехотного училища им. Верховного Совета РСФСР, 316-я стрелковая дивизия генерал-майора И.В. Панфилова, 3-й кавалерийский корпус генерал-майора Л.М. Доватора. Вскоре под Москвой была восстановлена сплошная линия обороны, и завязались упорные бои. Об этой битве Рокоссовский так написал 5 марта 1948 года:

В связи с прорывом обороны на участке 30-й армии и отхода частей 5-й армии, войска 16-й армии, сражаясь за каждый метр, в жестоких боях были оттеснены к Москве на рубеже: севернее Красная Поляна, Крюково, Истра, и на этом рубеже в жестоких боях окончательно остановили немецкое наступление, а затем перейдя в общее контрнаступление, совместно с другими армиями, проводимое по замыслу товарища Сталина, враг был разбит и отброшен далеко от Москвы.”

Именно под Москвой К.К. Рокоссовский приобрел полководческий авторитет. За битву под Москвой К. К. Рокоссовский был награждён орденом Ленина. В этот период в 85-м походно-полевом госпитале при штабе армии он познакомился с военврачом 2-го ранга Галиной Васильевной Талановой.6

8 марта 1942 года Рокоссовский был ранен осколком снаряда. Ранение оказалось тяжёлым — были задеты правое лёгкое, печень, рёбра и позвоночник. После операции в Козельске был доставлен в московский госпиталь в здании Тимирязевской академии, где проходил лечение до 23 мая 1942 года.7

Подробнее читать биографию К.К. Рокоссовского…

Спустя много лет Н. С. Хрущев попросил Рокоссовского написать «почерней и погуще» статью против И. В. Сталина, но маршал решительно отказался, ответив: «Никита Сергеевич, товарищ Сталин для меня святой!», — и на банкете не стал чокаться с Хрущевым. На следующий день он был отстранен от должности заместителя Министра обороны СССР.

Единственный в истории СССР маршал двух стран  Константин Рокоссовский

ФОТОГРАФИИ ИЗ СЕМЕЙНОГО АРХИВА МАРШАЛА РОКОССОВСКОГО

Жуков или Рокоссовский: кто сделал больше для Победы в войне
Жуков или Рокоссовский: кто сделал больше для Победы в войне

ПРИМЕЧАНИЯ:

  1. Соколов Б.В. "Рокоссовский" — М.: Молодая гвардия, 2010. — С. 17-20. – прим.Авт.
  2. «Два богатыря: Георгий Жуков и Константин Рокоссовский», Би-Би-Си, 1 декабря 2016 – прим.Авт.
  3. Ариадна Рокоссовская. 8 малоизвестных фактов о Константине Рокоссовском. Российская газета (20 декабря 2013). – прим.Авт.
  4. Материалы архива Управления ФСБ России по Забайкальскому краю (дело З. И. Гордеева). – прим.Авт.
  5. Свидетельствуют документы 1936—1937 гг. // Псков. — 1995. — № 3. — С. 101. – прим.Авт.
  6. Фронтовая любовь маршала Рокоссовского. Дополнительно: "Следует также упомянуть, что в этот период полководец встретил Галину Таланову. История любви опаленного сражениями командира и молодой девушки, только окончившей институт, более похожа на романтичную легенду, поэтому часто подвергалась сомнениям. Галина Васильевна родила Рокоссовскому дочь ["...в январе 1945 года у Галины родилась дочь, которую назвали Надежда. Рокоссовский дал ей свою фамилию и отчество."], которую он признал, а после окончания войны вышла замуж за другого человека - военного летчика Юлиана Кудрявцева." - источник – прим.Авт.
  7. "Операцию проводила его возлюбленная Таланова, и девушке удалось сохранить ему жизнь." - источник – прим.Авт.

10 Comments

  1. Дмитрий Лякин

    Дополнительная информация – статья: https://anaga.ru/rokossowski.html – некоторые факты из жизни, особенно после войны, мне были неизвестны:
    “В 1949 году польский президент Болеслав Берут обратился к Сталину с просьбой направить в Польшу для прохождения службы на посту министра национальной обороны поляка Рокоссовского. Президиум Верховного Совета СССР освободил Рокоссовского от службы в Советской Армии и направил его в распоряжение польского правительства.
    Рокоссовский стал маршалом Польши, заместителем председателя Совета министров и министром Национальной обороны Польской Народной Республики, членом Политического бюро ЦК Польской объединённой рабочей партии, депутатом сейма.
    В 1950 году на него дважды было совершено покушение польскими националистами, а после смерти Берута Рокоссовского быстро отправили на пенсию, заставив при этом вернуть в польский бюджет часть зарплаты, полученной на высших должностях. Домой Рокоссовский уезжал с одним чемоданом…”

  2. Дмитрий Лякин

    Так о чём же мечтал Константин Константинович? Как оказалось, к наградам, славе и восхищению, он был безразличен (по крайней мере не делал это самоцелью). В своих дневниках Рокоссовский говорит, что жил стараясь принести пользу, максимальную пользу своей стране, народу, окружающим. Пафосно звучит? Но, нам ли его критиковать?

    Ну как похож Рокоссовский на штабиста, который воевал по картам? Боевой офицер, практик до мозга костей. До конца жизни Константин Константинович не замарал себя ни ложью, ни бесчестным поступком. Предлагали ему многое, но он взял только то, что заслужил. – https://zen.yandex.ru/media/rasskaz_na_odnu_ostanovky/praktik-chto-skryval-rokossovskii-5d64a48edfa9ce00ad0b35c2

  3. Дмитрий Лякин

    Добавил цитаты из книги В.Успенского “Тайный советник вождя”, часть 3, гл.9 в раздел “Арест” – лишь некоторые сведения о масштабах репрессий конца 1930-х годов в РККА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.